ВОДЯНАЯ КРЫСА (2005-2006)

 

                    ...Два всадника скачут – Тоска и Покой
                                                                               И.Б.

 

Да нет, скажу, какие шутки,
Когда замучили догадки?.

У озера гуляют утки,
Чего-то ищут на площадке.
И я, вконец её узная,
Стою, снимаю вдохновенно.

Да нет, скажу, не водяная. 
Пасюк, скажу, обыкновенный.

Под берег шмыгает обманно
И снова бегает по суше.
А солнце выйдет из тумана, 
Просветит розовые уши.
Свобода. Сытая утроба.
Да вот – случайная собака...
Здесь, на природе надо в оба
Смотреть. А то бывает всяко..

Привет, хвостатая! Доколе
Напрасно биться будут люди?
Как не крути, покой и воля
Не водятся в одном сосуде.
Пускай они друг другу рады –
Поход на день, кино на часик –
Но им не удержаться рядом.
Не пара, нет. Ошибся классик.
Не размешать, как в банке краски
И не придумать компромисса.
Покой и воля вместе? Сказки!
Как эта водяная крыса.

Она с утра пораньше рыщет,
Пока не прибыло народу.
Меж двух стихий находит пищу,
Встав на песке, лакает воду.
Всё ярче солнце, краски гуще,
Пороги выше, страсти ниже.
И я, вздыхая о насущном,
Хочу в свою забраться нишу.
Зато, всему давая имя,
Не знать ни воли, ни покоя...

А счастье где-то между ними.
Нестойкое, как всё живое.

02.10.2005

                            ***

Мой хранитель лукавый, подправь и прости
Хулиганство моё, безобидную шалость.
С огорченьем гляжу на руины Сети –
Совершенно не шлётся. Ужасная жалость!

Кое-как неудобства теперь обойдя, 
Отмечаю пропажу и медлю с ответом.
Полно! Ждать от сего золотого дождя
Надо думать, уже неразумно при этом.  

Было б странно. И пусть виртуальной порой
Кто-то примется там трепетать на кровати. 
И обратно в туман отбывает герой. 
Опасенья его обоснованны, кстати.

Здесь не будет, не может расти ни шиша.
Ни корней, ни побегов, ни зёрен тут нету.
И совсем не потёмки чужая душа –
Всё зависит от личной готовности к свету. 

Бедный мальчик, видна ли тебе из угла,
Где скрываешься ты, моя полная мера?  
Я ведь тоже немалую жизнь прожила, 
Чтоб однажды очнуться в саду у Дюрера. 

Всё вокруг озирает внимательный глаз: 
Птицы, звери, растенья, спокойная Дева.
И ещё один маленький слабый соблазн, 
Что никак не потянет на яблоко с древа.   
 
 22.11.2005 

                                    ***

    .                                            .. И двадцать восемь новых строк...
                                                                   И всё. И больше ничего.
                                                                                                 Иваси

 

Приземистый старинный паб разряжен новогодней ёлкой.
Он выплывет из темноты, лучась и освещая лес.
Мне б зарулить на огонёк, потешить сердце самоволкой.
Но еду – времени в обрез.

Подумать – сколько лет я здесь! Считай, что целая эпоха.
Теперь миную их сама – лишь свет плывёт поверх руки.
Уже не скроешь седину, и в темноте я вижу плохо.
Но это, в общем, – пустяки.

И так мне надо рассказать, как это чудно и красиво:
Горящий у дороги дом. Деревья. Бледная луна.
Однажды мы туда зайдём, я кофе закажу и пива.
И всё. И сяду у окна.

Я вытащу из багажа, отсервирую на тарелке
Шестнадцать беспокойных строк, слегка приправленных тоской.
А впереди опять темно, но видно линии и стрелки.
И до среды – подать рукой.

13.12.2005


                               ***

К*

В начале пути – или, может, к конце 
Всех этих безумных событий
Две детные девы на дачном крыльце 
Июльское солнце в зените.

А в том сундуке, что закрыт на засов,
Найдёшь, если хочешь порыться,
И блузку, что шьётся за пару часов,
И длинную юбку из ситца.

Цветастый кусок – метр рубь двадцать шесть.
Зато уж – при полном параде.    
И мы подберём её, чтобы присесть 
И шорты поправить на чаде.

Закончить прогулку. Закончить рассказ.
Уборку. А ужин – тем паче.
И что-то такое кроится для нас
Уже за пределами дачи.

Да что там ремёсла – учи, не учи,
Ищи свою вольную волю,
Где лондонский поезд стрекочет в ночи
Машинкою швейной по полю.

Подросшие дети шагнут за порог,
Дыра не зашита в кармане.
И вся наша жизнь – ещё тот самострок –
Лишь только меняются ткани.

11.01.2006


  
                         ***

                 Как всех разметало, а мы засиделись в гостях...
                                                      О. Ч., кассета в машине


Лиса на дороге узнает меня по лицу.
Я скинула скорость, конечно – уж больно красиво!
Как сполох огня – он мелькает подобно гонцу
Какой-то судьбы, что покуда проносится мимо.

И как не склоняйся, мол, наши расчёты просты,
На улице дождик, а дома нахальные дети –
Но есть ещё нечто, что выскочит из темноты.
И всё нелинейно, и всё нелинейно на свете.

Пусть нету награды за эту любовь к пустякам,
Успею ещё произнесть покаянные речи,
А время уходит, а деньги не липнут к рукам –
У нас ещё будут лихие и странные встречи.

Ещё предстоит с драгоценной строкой на весу
Опять содрогнуться от новой догадки мгновенной.
И гнать тарантайку в туманном и мокром лесу,
В безумной надежде постигнуть устройство Вселенной.

8.01.2006
 
                                                                   ***

                            «РУССКАЯ  ЗИМА» НА ТРАФАЛЬГАРСКОЙ ПЛОЩАДИ


   Разговение перед постом. Сеем-пашем, как, собственно, было.
Но я отрапортую потом, что забавно. И, в общем-то, мило. Всё, как надо, скажу. А пока наблюдаем простые моменты: жёлтый шарик летит в облака, негр вручает трёхцветные ленты. Шапки в стиле Гражданской Войны. Всем – в пакетах– посулы из банка. Пиво «Балтика», цацки, блины. Вон – ведущая. Хоть англичанка – верещит – прямо русский задор. Так и ждёшь, что пойдёт вплясовую.
Звук сшибает. У сцены – затор. Потребляем культуру живую в виде группы усатых мужчин – важно курят, уставясь в пространство. В общем, правильный, нужный почин. Греет душу снискавшим гражданство.
   Да, скажу, хоть похоже на бред, но полезны занятия эти: наших мэров победный дуэт, пляски с бубном, кавказские дети и ансамбль «Золотое Кольцо», и какие-то модные группы... Вот, скажу я, успех – налицо. Эти люди, бесспорно, неглупы.
   Коли по сердцу – не по уму, а иначе не стоит и браться. Ни к чему он тебе, ни к чему – этот шабаш, культурный и братский. Грохотанье сомнительных звёзд. Пёстрый мусор. Наверное, проще тихо проигнорировать мост с Красной на Трафальгарскую площадь. Пусть их скачут, бренча и звеня, сотрясая окрестности криком. Без меня, говори, без меня – я чужой в этом празднестве диком. Без меня выгребайте до дна восхищенье, смущенье и взрыды.
   Это ревность, мой милый, она, – продолженье любви и обиды.

18.01.2006
                             
               ***


Врагу положено вдвойне;
Свеча – для бога.
Нет победителя в войне, –
Ты скажешь строго, –

Неважно, кто теперь герой, 
Неважно средство.
А я скажу –  ещё воспой!
И поприветствуй!

Ах, искушенье правотой,
Отпором грубым.
Ступить железною пятой. 
Прищёлкнуть зубом.

А этот ужас – дом, страна, 
Родные, дети.
Кого люблю, кому должна
На этом свете...

А что я, собственно, могу?
Но помню твёрдо:
Спускать не следует врагу.
А надо – в морду.

Переступая через страх,
(Вокруг – вся школа)
Неодобрение в верхах
И визги с пола.

А, может быть, не стоит вслух 
И так открыто? 
Порвали фартук, нос распух,
Коленки сбиты.

Бреду на поиски пальто –
От всех подальше.
Нет победителя – зато
Есть пострадавший.

Есть память гнева и стыда,
Тяжёлый норов.
Нет победителя? Тогда
Не надо споров.

Я даже думать не хочу 
Про перспективы.
Приду домой, зажгу свечу –
За то, что живы.

24.03.06   

       
                    ***

То, как образ строится повтором,
Служит утешением едва ли.

Опустело зеркало, в котором
Мы с тобой сегодня побывали.
Дверь машины, пропуская ветер,
Щёлкнет, словно раковины створка.
С вишни, что набухла от соцветий, –
Несъедобных ягод полведёрка.

Но, выходит, всякая попытка
Плодотворна. Ты себя не мучай.
Бесполезность – это от избытка.
Значит, всё равно найдётся случай
Одолеть любые расстоянья,
Обернуться парою крылатой
И устроить центр мирозданья 
В комнате одной, отдельно взятой.

26.04.06

 Copyright © Tatiana Tovarovskaya 1976-2017  All rights reserved

  • w-facebook
  • Twitter Clean
  • w-youtube